Арии
Дуэты...
Оперы
Кантаты
Композиторы
Switch to English

Ария: Grustno mne roditel' dorogoy

Композитор: Глинка Михаил Иванович

Опера: Руслан и Людмила

Роль: Ludmila (Сопрано)

Скачать бесплатно ноты: "Grustno mne roditel' dorogoy" PDF
Ne o Tom Skorblyu podruzhen'kn. Antonida. Жизнь за царя. ГлинкаV' pole chistoye glyazhu. Antonida. Жизнь за царя. ГлинкаKakiye sladostnyye zvuki. Gorislawa. Руслан и Людмила. ГлинкаAkh ty, dolya-dolyushka. Ludmila. Руслан и Людмила. ГлинкаMes plaintes mes plaintes sont vaines. Hélène. Иерусалим. ВердиAffanni del pensier, un sol momento. Teofane. Ottone. ГендельAllmächt'ge Jungfrau. Elisabeth. Тангейзер. ВагнерIo son l'umile ancella. Adriana Lecouvreur. Адриана Лекуврёр. ЧилеаDeh se piacer mi vuoi. Vitellia. Милосердие Тита. МоцартSola, perduta, abbandonata. Manon Lescaut. Манон Леско. Пуччини
Wikipedia
«Руслан и Людмила» — опера Михаила Ивановича Глинки в 5 действиях. Либретто Валериана Ширкова, Константина Бахтурина и Михаила Глинки при участии Н. А. Маркевича, Н. В. Кукольника и М. А. Гедеонова по одноимённой поэме Александра Пушкина с сохранением стихов подлинника.
Работа над оперой началась в 1837 году и шла в течение пяти лет с перерывами. Глинка приступил к сочинению музыки, не имея готового либретто. Из-за смерти Пушкина он был вынужден обратиться к другим поэтам, в том числе любителям из числа друзей и знакомых — Нестору Кукольнику, Валериану Ширкову, Николаю Маркевичу и другим.
Премьера оперы состоялась 9 декабря 1842 года на сцене Большого театра в Петербурге.
Действие происходит во времена Киевской Руси.
Светозар, великий князь Киевский, устраивает пир в честь своей дочери Людмилы. Людмила подает руку Руслану. Князь одобряет выбор дочери, и пир переходит в свадебное торжество. Баян предрекает в своих песнях беду, грозящую Руслану и Людмиле. Народ желает счастья молодым. Вдруг страшный гром потрясает хоромы. Все засыпают. Когда все приходят в себя, оказывается, что Людмила исчезла. Светозар в отчаянии обещает руку Людмилы тому, кто возвратит исчезнувшую княжну.
Картина 1. И вот Руслан, Фарлаф и Ратмир отправились искать Людмилу. Руслан находит пещеру волшебника Финна. Здесь молодой витязь узнает, что его невеста находится во власти злого карлика Черномора. Финн рассказывает о своей любви к надменной красавице Наине и о том, как он попытался чарами завоевать её любовь к себе. Но он в страхе бежал от своей возлюбленной, которая к тому времени состарилась и стала ведьмой. Любовь Наины обратилась в великую злобу, и теперь она будет мстить всем влюблённым.
Тем временем Руслан уже далеко. Конь приносит его на заколдованное поле, усеянное мёртвыми костями. Огромная голова — жертва Черномора — насмехается над Русланом, и тот наносит ей удар. Появляется волшебный меч, голова умирает, но успевает поведать тайну: только этим мечом можно отсечь бороду Черномора и лишить его колдовской силы.
~
Волшебница Наина обещала Фарлафу избавить его от соперников. Её чаровницы заманили к себе Ратмира и не отпускают его, лишая воли, обольщая его песнями, танцами и своей красотой. Здесь звучит «Персидский хор», написанный Глинкой на основе азербайджанской народной песни «Галанын дибиндэ». Потом Ратмира должна убить Наина. Такая же участь ждет и Руслана. Помешать чарам Наины пытается её пленница Горислава, покинувшая свой гарем в поисках Ратмира. Но появляется Финн и освобождает героев. Они все вместе отправляются на север.
Во дворце злого Черномора музыкой и танцами развлекают Людмилу. Но все напрасно! Людмила думает только о своем возлюбленном Руслане.
Но вот наконец Руслан попадает во дворец Черномора. Черномор погружает Людмилу в глубокий сон, а затем принимает вызов Руслана на смертный бой. Волшебным мечом Руслан отрезает карлику бороду, в которой содержалось его могущество. Руслан побеждает Черномора и спешит к Людмиле. Руслан видит, что его невеста спит мёртвым сном, невольная ревность охватывает витязя. Но Ратмир и Горислава успокаивают его. Руслан забирает её и, сопровождаемый друзьями и бывшими рабами Черномора, покидает дворец, устремив свой путь на Киев в надежде там разбудить юную княжну.
Картина 1. Ночь. По пути в Киев Руслан, Ратмир, Горислава и сопровождающие их освобождённые рабы Черномора остановились на ночлег. Их сон стережет Ратмир. Мысли его обращены к Гориславе, он охвачен воскреснувшей любовью к ней. Вбегают рабы Черномора и сообщают Ратмиру, что Фарлаф, подстрекаемый Наиной, похитил спящую Людмилу, а Руслан исчез во тьме ночной. Появившийся Финн приказывает Ратмиру пуститься вслед за Русланом в Киев и вручает ему волшебный перстень, который разбудит Людмилу ото сна.
Картина 2. В гриднице Светозара в Киеве оплакивают прекрасную Людмилу, которую никто не может разбудить. Её принёс похитивший её Фарлаф, но разбудить её он не в силах. Слышен шум приближающихся всадников — это Руслан с друзьями. В ужасе трусливый Фарлаф убегает. Руслан подходит к Людмиле и надевает ей на палец волшебный перстень Финна. Людмила пробуждается. Народ славит великих богов, святую Отчизну и мудрого Финна.
Опера не была встречена с восторгом — и виной тому было не само произведение, а публика, оказавшаяся не готовой к восприятию глинковских музыкальных новаторств, ухода от традиционной итальянской и французской оперных школ. Как отмечает А. Гозенпуд, «первое знакомство с шедевром Глинки в 1842 году захватило слушателей врасплох: привычные сценарные схемы наполнились новым содержанием. Музыка старых волшебных опер лишь иллюстрировала смену ситуаций — здесь она приобрела самостоятельное значение».
По заведённому театральному обычаю, сам Глинка готовил постановку со всеми исполнителями, более того, сам композитор отбирал исполнителей. Партия Ратмира изначально предполагалась для певицы А. Я. Петровой-Воробьевой. Однако к самой премьере исполнительница партии заболела, вместо неё на сцену спешно вышла не успевшая подготовиться к партии молодая певица-однофамилица А. Н. Петрова, выступавшая по критериям времени как Петрова 2-я. В результате премьера прошла неудачно, о чём тут же сообщила пресса:
… в 1842 году, в те ноябрьские дни, когда в Петербурге впервые давалась опера «Руслан и Людмила». На премьере и на втором спектакле из-за болезни Анны Яковлевны партию Ратмира исполняла молодая и неопытная ещё певица Петрова — однофамилица её. Пела довольно робко, и во многом поэтому опера была принята холодно.
То же самое свидетельствовал А. Серов, написав про неё:
«… едва справилась с материальным разучиванием нот своей огромной партии и, несмотря на красивейший контральтовый голос, была в Ратмире слаба до жалости, следовательно, чуть ли не половина эффекта оперы в первое представление была утрачена».
Кроме того, что опера была довольно холодно принята публикой, откровенно враждебно высказались о «Руслане и Людмиле» некоторые критики (в первую очередь консервативная печать во главе с Ф. Булгариным). С другой стороны, Глинку поддержали В. Одоевский, О. Сенковский, Ф. Кони.
Отношение к спектаклю резко изменилось к третьему представлению, когда, оправившись после болезни, в партии Ратмира вышла наконец Анна Яковлевна (Руслана пел С. Артемовский). Об этом записал сам композитор:
«На третье представление явилась старшая Петрова, — пишет Глинка в своих „Записках“, — она исполнила сцену третьего действия с таким увлечением, что привела в восторг публику. Раздались звонкие и продолжительные рукоплескания, торжественно вызывали сперва меня, потом Петрову. Эти вызовы продолжались в продолжение 17 представлений…».
Тем не менее, сохранялось мнение о том, что это произведение несценичное. Партитура переделывалась и подвергалась сокращениям, которые нарушали логику музыкального развития. Впоследствии один из защитников «Руслана и Людмилы», В. Стасов, назвал оперу «мученицей нашего времени».
В советском музыковедении, и в частности, Б. Асафьевым, отстаивался взгляд на оперу как на продуманную концепцию композитора, в противовес сложившемуся ранее мнению, что «Руслан» — произведение «случайное».
Последующие возобновления в Петербурге: 1858, 1864 (дирижёр Константин Лядов), 1868; 1871 (дирижёр Эдуард Направник), 1882, 1886.
Первые постановки за рубежом: Прага (1867, дирижёр Балакирев, реж. Коларж, декорации Горностаева; 1886; 1956, реж. Захаров, дирижёр Халабала, худ. Свобода); Мюнхен (1899, 1900, концертное исполнение); Любляна (1906); Хельсинки (1907, на рус. яз.); Париж (1930, на рус. яз.); Лондон (1931, на рус. яз.).
На советской сцене:
В партии Руслана прославился Касторский. О его исполнении Э. Старк пишет:
«Давая совершенно достаточную звучность во всех тех местах, где на первый план выступает богатырство Руслана, он [Касторский] с исключительным мастерством освоил ту музыку, что рисует в Руслане размышляющего и любящего человека. Это убедительно звучало ещё в I акте („О, верь любви моей, Людмила“) и разворачивалось в яркую образную картину в арии „О поле, поле…“, где столько было сосредоточенного настроения и глубокого чувства. По законченному постижению стиля музыки можно сказать, что здесь сам Глинка говорил устами Касторского».
Столь же высоко оценил исполнение Касторским партии Руслана Б. Асафьев. Он писал: «Приветствовать и радоваться — вот что остаётся мне сделать в данной заметке… Мастерство пения, в особенности в мелосе Руслана с его могучей выразительностью, приковывает к себе внимание бесповоротно и неотразимо».
Ф. И. Шаляпин исполнял в опере партии Руслана и Фарлафа, и именно во второй роли он, по словам А. Гозенпуда, достиг вершины, превзойдя своих знаменитых предшественников — О. Петрова и Ф. Стравинского.
Дерзость, хвастовство, безудержная наглость, опьянение собственным «мужеством», зависть и злоба, трусость, сластолюбие, вся низость натуры Фарлафа раскрывались Шаляпиным в исполнении рондо без карикатурного преувеличения, без подчеркивания и нажима. Здесь певец достигал вершины вокального исполнительства, с виртуозной легкостью побеждая технические трудности".
Среди других исполнителей:
Среди советских исполнителей:
C10 11801-8
446 746-2, 456 248-2
Источники:[1], [2]
В честь Людмилы из оперы Михаила Глинки назван астероид (675) Людмила, открытый в 1908 году.